Вывод из запоя довольно эффективная вещь, если она применяется по отношению к человеку пусть и больному алкоголизмом, но все же решившему, что ему это не нужно и пора уже наконец-то протрезветь.

Но что же делать, если закоренелым алкоголиком оказывается не то что чужой вам человек — не родственник и не знакомый, а самый настоящий бомж?

«Уличные» люди: нужен ли им вывод из запоя?

Представьте себе такую ситуацию: поздний вечер, вы едете с работы уставший и мечтающий только о горячей ванне и чашечке какао с молоком. Вы заходите в вагон метро (или в автобус, в троллейбус, электричку — разница в данном случае не так важна) и видите ЭТО. По-другому такое зрелище никак не назовешь.

Это НЕЧТО грязное настолько, что страшно подумать, что кто-то сядет на его место после того, как ОНО выйдет из вагона. ОНО жутко смердит, на половину всего этого замкнутого помещения, и потому оно остается свободным, а все остальные пассажиры, зажав носы, теснятся во второй его части, мечтая только о том, чтобы скорее доехать до своей станции и выбрать оттуда.

И это НЕЧТО — не что иное как бомж!

Бомжи — люди особенные. Они свободолюбивы и высокомерны, они могут позволить себе не иметь документов и не давать милиционерам «на лапу», для них ночевка за решеткой равносильна попаданию в лучшую всероссийскую здравницу. Они пьют все, что только оказывается в зоне их досягаемости — пиво, водку, копеечный портвейн, спирт и еще непонятно что, перепадающее на их долю то там, то сям. Они живут в вечном состоянии нирваны, которое поддерживается в них исключительно за счет одного единственного средства — вечного непрекращающегося запоя.

И вот вопрос: нужен ли этим людям прерывать этот состояние, то есть нужен ли им вывод из запоя?

Вопрос этот будет почище любого философского тезиса, особенно если учесть тот факт, что общество тяготится ими и их нежеланием становиться «как все», то есть нормальными людьми. Но если прекратить их запой, то смогут ли они жить в трезвом состоянии, или же это окажется для них равносильно убийству?

Методы лечения алкоголизма — одни на всех

Но, предположим, человек без определённого места жительства в какой-то момент понимает, что он — не стопроцентный человек и не обладает, если подумать, теми правами, которыми мог бы обладать, будучи полноценным членом общества. Предположим, что он решает все-таки изменить себя и стать обычным, нормальным, рядовым. Что из этого может получиться?

Могут быть разные варианты продолжения этой ситуации, но, скорее всего, он просто не справится с тем грузом новообретенных обязанностей, которые на него навалятся. Ведь ему придется жить на одном месте, искать работу, каждый день мыться и расчесывать волосы… И потом, сможет ли он, обзаведясь новыми друзьями, рассказать им о том, кем был раньше? И вообще, возможно ли это для него — обрести друзей среди тех, кто живет в квартирах?

Врачи и психологи, социологи и политики не устают спорить о том, стоит ли применять лечить от пристрастия к алкоголю тех, кто живет на улице. Алкоголизм для них обычное дело — такое же нормальное состояние, как для среднестатистического человека необходимость начинать рабочий день в 9 утра. Предположим, что государство выделяет деньги на то, чтобы провести лечение алкоголизма повсеместно и даже принудительно. Будет ли результат? Не пропадут ли деньги налогоплательщиков в никуда, или все же лучше потратить их на лечение от алкогольного синдрома только у людей, которые приняли сознательное решение справиться со своим недугом?

Здесь определенно есть, о чем поразмыслить. Но, кажется, проблема эта настолько тонкая, что пройдет еще немало времени, прежде чем наши соотечественники найдут на нее ответ.